Дэвид НЕМИРОВСКИ: Моя задача – выиграть Кубок Гагарина

Главный тренер ХК «Торпедо» Дэвид Немировски рассказал о летней селекции в команде, порассуждал о методах достижения прогресса в КХЛ и важности индивидуальной подготовки для тренеров и хоккеистов.

– Вы уже разговаривали с руководством по поводу задач на сезон?

– Хотелось бы сразу сказать, что я не фанат понятия «задачи на сезон». Мне не нравится, когда так думают или говорят. Понятно, что необходимо выходить в плей-офф, но моя главная цель – сделать сильную конкурентоспособную команду. Нас ждёт длинный сезон: хотелось бы идти по ступенькам и совершенствоваться насколько это возможно. Моя задача – выиграть Кубок Гагарина. Сейчас мы думаем о том, как подготовить команду к сезону.

– Вы довольны селекцией в это межсезонье?

– Мы стараемся не стоять на одном месте. Прибавляем с каждым днём, и тот костяк, который есть сейчас, нас устраивает. При этом я не исключаю каких-либо изменений – селекция команды никогда не заканчивается. У нас есть места для потенциальных новичков. В ближайший месяц мы посмотрим, на что способна команда, которая сформировалась в это межсезонье.

– Один из ключевых вопросов – продление Дамира Жафярова, который пока не подписал новый контракт.

– Как и в прошлом году, Дамир хочет попробовать себя в НХЛ. Пока он не подписал контракт ни с одним клубом. Думаю, конкретика появится после драфта НХЛ, и в течении десяти дней мы будем знать всю ситуацию по Жафярову.

– Говорят, что Кенни Агостино был приобретён благодаря экс-игроку «Торпедо» Семёну Дер-Аргучинцеву. Это правда?

– Да. После завершения сезона в КХЛ Семён вернулся в систему «Торонто», где играл вместе с Агостино. Кенни посоветовался с ним насчёт нашего клуба.

Я виделся с Семёном в Торонто, и он мне рассказал об этой ситуации. Вместе с агентом Кенни клуб решал вопросы об его переходе, и нам удалось сделать всё для осуществления сделки. Это хорошо, когда происходит такое взаимоотношение. В прошлом сезоне Крис Уайдмэн тоже приехал в «Торпедо» благодаря совету нашего нападающего Энди Миле. Они раньше играли в одной команде, и Энди поспособствовал в вопросе перехода.

Такие вещи – нормальная практика в хоккее. Это происходит и с российскими игроками, которые советуются друг с другом по поводу своего будущего клуба в НХЛ.

– Агостино всю карьеру провёл в НХЛ и АХЛ. Зачастую игроки с североамериканским прошлым сталкиваются с длительной адаптацией в КХЛ. Как помочь игроку в этом процессе?

– Да, конечно. Перед глазами пример Миле, который до перехода в «Торпедо» практически всю карьеру провёл в Америке, а сейчас второй сезон выступает за нас. Перед переездом в Россию игроки всегда с нами на связи. Мы помогаем, чем можем и в коллективе создаём положительную атмосферу. Российские ребята — молодцы, что принимают не только своих соотечественников, но и легионеров.

– Ваши канадские корни помогают в сотрудничестве с заокеанскими агентами, которые всегда могут предоставить необходимую информацию?

–  Да, это немаловажный фактор. Со всеми легионерами, которые сейчас в команде, я много разговаривал и обсуждал их дальнейшую адаптацию в России. Я понимаю, с чем им придётся столкнуться, и они сами осознают, что им будет намного проще в плане языка. У нас весь тренерский штаб знает английский язык, а это важный момент. Конечно, всегда можно обратиться к переводчику, но это очень трудно, постоянно его дёргать. Поэтому знание английского языка облегчает адаптационную задачу у новичков.

– В команду приглашён Артур Тянулин, который успел поиграть за границей и ВХЛ. Почему решили дать ему шанс?

– Мы наблюдали за ним ещё в прошлом году, когда он играл за «ОРДЖИ» и «Ладу», но затем он подписал контракт с немецким «Крефельдом». Артур – заметный игрок: играл в молодёжной сборной, за океаном в хоккейной лиге Онтарио за «Оттаву», за которую в своё время выступал и я. Я по-прежнему слежу за этой лигой, поэтому видел, на что способен Артур.

Он не смог закрепиться в КХЛ? А разве ему предоставляли шансы? У него ни одной игры в лиге, поэтому размышлять, почему он не смог закрепиться в России, не стоит.

– В этом году «Торпедо» снова перебросили в Западную конференцию. Для вас это имеет значение?

– Нет. Как я и говорил: мы лишь следим за своей командой и занимаемся самими собой, а всё остальное неподконтрольно нам. Поэтому мы не обращаем внимания.

– Генеральный менеджер клуба Максим Гафуров говорил, что трудность конференций зависит от определённого года. В прошедшем сезоне, например, на Западе было полегче, чем на Востоке.

– На мой взгляд, за последние пару лет лига выровнялась – и одна конференция не уступает другой. У всех есть свои слабости, но опять-таки мы не фанаты обращать внимания на других.

– Жафяров вместе с Чеховичем и Миле делали результат в прошедшем сезоне. Со стороны казалось, что игра «Торпедо» напрямую зависит от этих трёх людей. 

– Конечно, они нам сильно помогли. В этом и есть главная задача первой тройки – мы ждали от них такого результата. Но хоккей – командная игра. Остальные ребята выполняли свой объем работы и в том числе помогали первой тройке играть так результативно.

Посмотрите на НХЛ и победителей этого сезона – «Тампа-Бэй». Никита Кучеров, Брэндон Поинт и Ондржей Палат в первой тройке забивали больше всех. Но при этом нельзя говорить, что другие не внесли свой вклад. Они тоже его внесли и помогали наравне с первой тройкой. Выигрывает команда, а не определённые игроки.

– В топ-командах НХЛ всегда выделяется одна тройка. Это проявление лидерских качеств у звёзд или деградация хоккея?

– Первое звено априори играет больше всех – и в равных составах, и в численном преимуществе. Нельзя, например, сравнивать нашу лигу и национальную – очень много аспектов. В НХЛ существуют жёсткие рамки потолка зарплат. Система заставляет не раскидывать деньги на вал звёзд в команде. Поэтому генеральным менеджерам приходится сбалансировать состав, и первое звено на фоне остальных может сильно выделяться.

Если взять в пример КХЛ, то у нас четвёртое звено может играть наравне с первым, а в НХЛ игроки четвертых звеньев практически не появляются на льду.

– Говоря о потолке зарплат. Кучеров пропустил регулярный сезон и появился только в плей-офф. При этом клуб обошёл потолок зарплат, благодаря внесению Кучерова в список травмированных.

– Забавная история, но всё было по правилам. Человек пропустил регулярный сезон и вышел только в плей-офф, при этом не нарушив регламент. Какие могут быть вопросы к клубу и самому Кучерову? Правила есть – в клубе их не нарушили. «Тампа» правильно всё сделала, а то, что про них писали и говорили – это банальные отмазки.

– В НХЛ потолок с каждым годом повышается. В России, наоборот, понизили до 900 миллионов…

– Думаю, это помогает выровнять лигу. Мы видим, что результат уже есть, но для каждых перемен нужно время. Глобально всё не может поменяться за один год, необходимо подождать, прежде чем мы увидим идеальную формулу потолка.

– Сколько, на ваш взгляд, нужно времени?

–  Не больше пяти лет. Я думаю, через три года потолок сформируется в тот механизм, который желает видеть каждый клуб КХЛ. Делать выводы по одному сезону глупо. Такие вещи нуждаются в постоянных корректировках. Но если что-то делаешь – нужно делать с умом.

– 900 миллионов рублей – оптимальная сумма для потолка?

– Не хотелось бы вступать в эту полемику. В лиге работают умные люди, которые занимаются этими вопросами. Думаю, они знают, что делать.

– Кроме потолка зарплат много разговоров о поле зарплат. Он нужен клубам КХЛ?

– Как и в потолке, здесь есть много нюансов. В прошлом году мы видели, как из-за пандемии многие клубы испытывали проблемы с финансами – это касалось даже богатых клубов.

В моём видении, пол зарплат нужно поднимать, чтобы не было большой разницы между ним и потолком. В таком случае будет намного больше плюсов – повысится конкуренция не только между командами, но и игроками.

В той же НХЛ, например, много нюансов с полом. Клубы штрафуют, если они не соблюдают правила. Сейчас российский пол зарплат тоже нуждается во времени, как и потолок.

– Сейчас пол зарплат составляет 315 миллионов рублей…

– На мой взгляд, это очень мало для лиги. Было бы хорошо увидеть сумму 450 — 500 миллионов рублей с последующим ростом. 

– Какое у вас отношение к арендам? Приживутся ли они в КХЛ?

– Я думаю, аренда – это правильный ход со стороны лиги. Это решение много раз обсуждалось, и теперь его официально приняли. В топ-клубах много талантливой молодёжи, которая способна играть на уровне КХЛ и теперь есть возможность отправлять её в аренду.

– В чём КХЛ догоняет НХЛ?

– Лига постоянно развивается, если сравнить время, когда я выступал здесь и сейчас. Появляются какие-то вещи вроде аренды и пола зарплат.

Сейчас лига развивается пропорционально сборной. Чем сильнее становится конкуренция в чемпионате, тем лучше будет для сборной России. Игры в сезоне не должны быть проходными, нужен азарт и война – как в НХЛ.

В НХЛ нет того же лимита на легионеров, там играют лучшие игроки со всего мира. Их неограниченное количество, поэтому туда продолжают тянуться игроки с разных стран. Они получают практику, развиваются, приезжают в сборную за несколько дней до турнира и не чувствуют преград. На каждой их игре на чемпионате мира или Олимпиаде видны скорость и техника, которые не отличаются от рядовой игры НХЛ.

Уровень КХЛ в сравнении с ЧМ или Олимпиадой имеет большую разницу. Поэтому если лига будет развивать и дальше наш чемпионат, это пойдёт на пользу сборной. А вот как это будут делать – вопрос к руководителям.

Много обсуждений было, как это сделать. Поменять команды, добавить иностранные или убрать лимит… Мы не знаем, что поможет, но, например, если убрать лимит, российские ребята всё равно будут попадать в состав взрослой и молодёжной сборной. Они приобретут конкуренцию с более мастеровитыми игроками.

– Одно время ходили разговоры, что стоит увеличить лимит до семи легионеров.

– Это 100 процентов поможет. Конкуренция помогает всем, независимо от того, какой ты хоккеист.

В командах есть молодёжь, которая, условно говоря, в 18 лет уже переросла молодёжку и способна приносить пользу во взрослой команде. Там они столкнутся с мастерами и будут ещё больше развиваться. В НХЛ молодые игроки не сидят в юниорской лиге или АХЛ, если от них есть толк в НХЛ. Их сразу вызывают в главную команду, где они становятся звёздами.

– На чемпионате мира в Риге сборная Канады одолела Россию, хотя до матча практически никто в неё не верил. Россия не выигрывает у соперника уже семь лет – почему?

– Я помню тот матч. Игра была ровной, и Россия проиграла лишь в овертайме, где теоретически победу может одержать любая команда. Нельзя сказать, что необходимо делать какие-то выводы после этого.

Я не соглашусь, что Канада намного сильнее преуспевает в развитии, а Россия стоит на месте. Наверное, дело в менталитете: в России проходит сезон, сборную собирают на один-два месяца и всё. В НХЛ сезон состоит из 82 игр, где каждая игра по атмосфере напоминает плей-офф – никто не хочет проиграть, потому что понимает, что даже одно поражение аукнется в конце регулярного чемпионата. Их конкуренция в лиге, подготовка к матчам – лучшие сборы к большим национальным турнирам.

– В чём Канада лучше России в детско-юношеском хоккее?

– Между Россией и Канадой нет большой разницы в подготовке и развитии, просто нужно понимать одну вещь. В НХЛ практически все команды играют в одном стиле. Есть система, которой придерживаются многие и лишь маленькие нюансы вносят коррективы в эту систему. А у нас все играют в свой хоккей и когда игроки приезжают в сборную, перестраиваются с одного на другой. Это нелегко, потому что идёт процесс адаптации, у самих игроков – процесс притирки. И не все успевают за этим.

– Вы видели, какой КХЛ была в самом начале пути. Какая лига сейчас?

– Поменялась модель игры. Лет пять-шесть назад у всех команд были разные способы игры – можно было насчитать порядка десяти моделей. Сегодня их – три. Есть отличия, но, как и в случае с НХЛ, они малейшие и понять, кто как будет играть нетрудно.

– Поменялись только тактические вещи?

– Нет. Если смотреть по скорости, мне кажется, наш хоккей отличается от НХЛ. В этом году клубы КХЛ перейдут на более узкие площадки – они должны сделать российский хоккей интенсивнее и быстрее.

– Тем не менее, адаптацию к таким новшествам никто не отменял.

– В этом плане играет не столько скорость, сколько подготовка самих хоккеистов. Они могут летом самостоятельно приучиться играть на таких площадках и за пару месяцев в сезоне привыкнуть. Соответственно, кто это делает – движет хоккей вперёд. А остальные остаются там, с чего начинали.

– Говоря об индивидуальной подготовке: в России мало кто сам способен заниматься и готовиться к сезону, в отличие от той же НХЛ.

– Это тоже дело времени. Вы вспомните, как проходили сборы пять лет назад и сейчас – большая разница. Сегодня хоккеисты заранее начинают подготовку к сезону, не дожидаясь тренировочных сборов. Через пару лет это будет обыденной практикой. Сейчас тренировочный лагерь длится чуть больше месяца. Раньше на это тратили около двух месяцев – для чего и зачем это нужно было? Сейчас у всех профессионалов есть свои тренеры по физподготовке, которые занимаются с ними перед началом сборов.

– И всё-таки видно, что мы отстаём от Европы на несколько шагов…

– Мы развиваемся – это главное. Со временем всё необходимое придёт. Меня радует, что самостоятельно тренируются не только молодые ребята, но и те, кому почти 30 лет – это большой плюс. За ними потянутся и молодые игроки.

– На чём строится развитие тренерского таланта?

– Стоит обращать внимание на самоанализ – к чему идёшь и что узнал. В тактическом плане много вещей, которые приходят после обработки данных.

Если летом игроки проходят физическую подготовку, то мы проходим курсы. В нынешних условиях, когда компьютер под рукой, всё достаточно просто. До пандемии за океаном часто организовывали конференции для желающих учиться.

Если хочешь учиться и познавать что-то новое – ты будешь их посещать, а не ежегодно пользоваться одной методичкой. Много лекций, которые скидывают персонально – можно заниматься по ним. Сейчас любая интересующая информация есть в интернете.

– Какой последний урок вы извлекли для себя?

– Я бы не сказал, что поменялись глобальные вещи. Есть малейшие детали, которые всегда вносишь в свою работу, но хоккейная система всё равно остаётся той же самой. Атакующая игра, оборонительная – это всё изучаешь и практикуешь. Помогают разговоры не только с собственным тренерским штабом, но и чужим. В чём-то они помогают увидеть то, что ранее не видел, что-то сам извлекаешь из разговора.

– После проигрыша серии «Ак Барсу» были сделаны выводы?

– Да. Как я и говорил про анализ – провели работу над ошибками, поняли в чем не преуспели. Сделали заметки на будущий сезон, в том числе немного обновили команду и поняли, где были дыры, которые нужно было залатать.

Напомним, что 02 сентября нижегородское «Торпедо» будет принимать подмосковный «Витязь».

Источник: «Бизнес Online»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *